Мы вошли в нее, хотя это было нелегко: солдаты короля стреляли в нас, и мы потеряли почти двести человек убитыми, и это дало ..
Так вот - во всей "Ю. С. Роботс" нет ни одного роботехника, который знал бы, что такое позитронное поле и как оно работает. И я не знаю...
Мог ли предположить, что, с точностью счетовода описывая труды и дни своего героя на необитаемом острове, воплощает в романном повествовании страсть, мечту, тяготение к идеалу, какие не пе..
После кончины писателя в 1954 году стараниями его жены Валерии Дмитриевны Пришвиной, сохранившей в неприкосновенности всю обстановку дома, был создан музей, работавший многие годы на общественных началах. В 1979 году дом по ее завещанию был передан в дар государству и в 1980 году стал филиалом ГЛМ.
Музей расположен в 50 км от Москвы под г. Звенигородом в деревне Дунино на живописном берегу Москвы-реки и представляет интерес как историко-культурный памятник и образец усадьбы, сложившейся в начале ХХ века.
Дом деревянный, на высоком каменном фундаменте, декорирован резьбой, с открытой семигранной верандой, построен в конце Х1Х века. В начале ХХ века хозяйкой усадьбы была, как гласит купчая, "жена финляндского уроженца" Мария Освальд, которой предание приписывает строительство дома - влияние финской традиции видно в его своеобразной архитектуре.
В 1901 году Мария Освальд продала свои владения жене статского советника Конкордии Васильевне Критской, дочь которой была замужем за преподавателем Московского университета географом А. Лебедевым. Семья Лебедевых-Критских была тесно связана с известными общественными деятелями России и выдающимися представителями отечественной культуры. В 20-30-е годы здесь жили и бывали народовольцы В. Фигнер и академик А.Н. Бах, друзья Л.Н. Толстого - издатель народной библиотеки "Посредник" И.И. Горбунов-Посадов и врач Д.В. Никитин; скульпторы С.Т. Коненков и А.С. Голубкина, художник П.П. Кончаловский и многие другие.
В годы Отечественной войны в доме некоторое время находился эвакуационный госпиталь. После войны в мае 1946 года Пришвин купил дом у Н.А. Лебедевой-Критской и до последнего года своей жизни каждое лето проводил в Дунине.
Мемориальный дом площадью 75,4 кв. м включает кабинет писателя, столовую, веранду и комнату В.Д. Пришвиной.
Кабинет - центральное место мемориальной экспозиции. Окна кабинета выходят на лесную часть усадьбы с поляной и еловой аллеей. Вдали открываются виды на заречные поля с далеким лесом на горизонте.
Экспонаты кабинета позволяют говорить о работе Пришвина над произведениями последних лет - романом "Осударева дорога", повестью "Корабельная чаща", дневниковой книгой "Глаза земли", библиотека - о Пришвине-читателе, о его связях с писателями-современниками; в ней хранятся первые издания его произведений на русском и иностранных языках. Фотографические и охотничьи принадлежности свидетельствуют об увлечениях Пришвина, имеющих непосредственное отношение к его творчеству.
Столовая - самая большая и светлая комната в доме с выходом на веранду - любимое место отдыха писателя. В столовой в ранний "предрассветный час" Пришвин начинал свой день работой над дневником. Только в наши дни, после отмены политической цензуры на литературные тексты, дневник писателя (первые записи относятся к 1905 году, а последние сделаны незадолго до кончины Михаила Михайловича 16 января 1954 года) впервые публикуется без всяких сокращений. Появление дневника писателя меняет общепринятое представление о Пришвине как "певце природы".
Уютная, хотя и очень скромная обстановка дома, после знакомства с содержанием дневника писателя, который в этом доме хранился, наполняется новым смыслом, свидетельствуя о внутренней свободе жившего здесь человека - о победе писателя над временем. Кажется, что именно об этом в последние дунинские годы он записывает: "Боже мой! Как нелегко жилось, как удалось уцелеть! И я хочу все-таки в биографии представить жизнь эту как счастливую".
В столовой за большим обеденным столом отмечались семейные праздники, собирались друзья дома. В эти годы в Дунине бывали физик П.Л. Капица, дирижер Е.А. Мравинский, пианистка М.В. Юдина, писатели и поэты К.Федин, Вс. Иванов, А. Лахути, Ксения Некрасова, художники Р.Н. Зелинская, Г.М. Шегаль, В.М. Никольский, скульптор Лина По.
На стенах многочисленные фотографии работы Пришвина.
Есть в столовой несколько дорогих реликвий, связанных с имением Хрущево под Ельцом, где Пришвин родился: этюд 1913 года "Вид с веранды хрущевского дома" работы двоюродной сестры Пришвина М.Игнатовой, вышитая матерью Марией Ивановной Пришвиной дорожка с надписью "Чем более гляжу, тем более в тебе приятства нахожу" и старинная кофемолка.
Комната В.Д. Пришвиной, которую Михаил Михайлович в шутку назвал "денщицкой", соседняя с его кабинетом. Письменный стол с пишущей машинкой, полка с любимыми книгами по философии, поэзии, книги по садоводству, которые покупал Пришвин в годы ее страстного увлечения садом.
Дунинская усадьба с ее аллеями и лугом, вековыми липами и елями, яблоневым садом была неиссякаемым источником вдохновения писателя. Именно здесь можно почувствовать истоки творческой личности Пришвина, уходящие в детство, на его родину, в материнское имение Хрущево под Ельцом. "Усадьба Дунино пришла ко мне в точности, как замещение Хрущева", - записывает Пришвин в дневнике.
В.Д. Пришвина вела издательскую работу по творчеству Пришвина , она стала публикатором новых материалов из огромного архива писателя, автором книг о его жизни и творчестве. При ней музей Пришвина стал научным центром пришвиноведения. Эта работа продолжается по сей день.
Тем временем:
... Впереди русло реки делилось на множество рукавов, образуя острова, которые она как бы несла на своей груди. Острова были безмолвные и белые. Безмолвие не нарушалось ни криком зверей, ни жужжанием насекомых. Ни одна птица не пролетала в застывшем воздухе. Не слышно было человеческого голоса, не заметно никаких следов человеческого жилья. Мир спал, и сон его был подобен смерти. Оцепенение, царившее вокруг, казалось, передалось и Джону Месснеру. Мороз сковывал его мозг. Он тащился вперед, опустив голову, не глядя по сторонам, бессознательно растирая нос и щеки, и когда нарты выезжали на прямую дорогу, колотил правой рукой по шесту. Но собаки были начеку и внезапно остановились. Повернув голову к хозяину, они смотрели на него тоскливыми вопрошающими глазами. Их ресницы и морды выбелил мороз, и от этой седины да еще от усталости они казались совсем дряхлыми. Человек хотел было подстегнуть их, но удержался и, собравшись с силами, огляделся вокруг. Собаки остановились у края проруби; это была не трещина, а прорубь, сделанная руками человека, тщательно вырубленная топором во льду толщиной в три с половиной фута. Толстая корка нового льда свидетельствовала о том, что прорубью давно не пользовались. Месснер посмотрел по сторонам. Собаки уже указывали ему путь: их заиндевевшие морды были повернуты к едва приметной на снегу тропинке, которая, ответвляясь от основного пути, взбегала вверх по берегу острова. - Ну, ладно, бедные вы зверюги, - сказал Месснер. - Пойду на разведку. Я и сам не меньше вас хочу отдохнуть. Он взобрался по склону и исчез. Собаки не легли и, стоя, нетерпеливо ждали его. Вернувшись, он взял веревку, привязанную в передку нарт, и накинул петлю себе на плечи. Потом повернул собак вправо и погнал их на берег. Втащить сани на крутой откос оказалось нелегко, но собаки забыли про усталость и, распластываясь на снегу, с нетерпеливым и радостным визгом из последних сил лезли вверх...
