|
И все они были голые. Вернее, полуголые, что еще страшнее. Их голубые вигоневые штаны были наполнены огромными подвижными ягодицами... О, смелых дум свобода! Дворец Филипппа мне открыт, Я спешился у входа. Иду и вижу: там, вдали, Моей мечты созданье, Спешит принцесса Эболи На тайное свиданье... У меня не было бы ни минуты душевного покоя, если бы он остался без вашего попечения и влияния. Я поговорю с ним перед отъездом о его.. Смотрите также: Михаил Михайлович Пришвин в Переславль-Залесском М.М. Пришвин. Жизнь и творчество О.Н. Вилкова. Елецкие пейзажи в творчестве М.М. Пришвина Л.П. Паутова, г. Калуга. Пришвины и Калужский край История создания музея Пришвина Мир природы в творчестве М. М. Пришвина Своеобразие творчества М. М. Пришвина Единство человека и природы (По сказке-были М. М. Пришвина «Кладовая солнца») |
Пришвин Михаил Михайлович - Произведения - Лада
Тем временем: ... — Вы хороший человек. Звать то вас как? — Линдей, доктор Линдей, — поторопился ответить за доктора Строзерс, словно боялся, как бы тот не рассердился. — День кончается, — сказал Линдей шведу, тасуя карты для нового круга. — Оставайтесь ка лучше ночевать. Куда вы поедете в такой мороз? У нас есть свободная койка. Доктор Линдей был статный и сильный на вид мужчина, брюнет с впалыми щеками и тонкими губами. Его гладко выбритое лицо было бледно, но в этой бледности не было ничего болезненного. Все движения доктора были быстры и точны. Он делал ходы, не раздумывая долго, как другие. Его черные глаза смотрели прямо и пристально, — казалось, они видели человека насквозь. Руки, изящные, нервные, были как бы созданы для тонкой работы, и с первого же взгляда в них угадывалась сила. — Опять наша! — объявил он, забирая последнюю взятку. — Теперь только доиграть роббер, и посмотрим, кому придется делать прорубь! Снова раздался стук в дверь, и доктор опять крикнул: — Войдите! Кажется, нам так и не дадут докончить этот роббер, — проворчал он, когда дверь отворилась. — А с вами что случилось? — Это относилось к вошедшему. Новый пришелец тщетно пытался пошевелить губами, которые, как и щеки, были словно скованы льдом. Видимо, он пробыл в дороге много дней. Кожа на скулах, должно быть, не раз была обморожена и даже почернела. От носа до подбородка сплошной лед — в нем виднелись лишь небольшое отверстие, которое человек растопил дыханием. В это отверстие он сплевывал табачный сок, который, стекая, замерз янтарной сосулькой, заостренной книзу, как ван дейковская бородка. Он молча кивнул головой, улыбаясь глазами, и подошел к печке, чтобы поскорее растаял лед, мешавший ему говорить. Он пальцами отдирал куски его, которые трещали и шипели, падая на печку. — Со мной то все в порядке, — произнес он наконец. — Но если есть в вашей компании доктор, так он до крайности нужен. На Литтл Пеко человек схватился с пантерой, и она его черт знает как изувечила. — А далеко это? — осведомился доктор Линдей. — Миль сто будет. — И давно это с ним случилось? — Я три дня сюда добирался. — Плох? — Плечо вывихнуто... |
