И все они были голые. Вернее, полуголые, что еще страшнее. Их голубые вигоневые штаны были наполнены огромными подвижными ягодицами...
О, смелых дум свобода! Дворец Филипппа мне открыт, Я спешился у входа. Иду и вижу: там, вдали, Моей мечты созданье, Спешит принцесса Эболи На тайное свиданье...
У меня не было бы ни минуты душевного покоя, если бы он остался без вашего попечения и влияния. Я поговорю с ним перед отъездом о его..
... - Да с той стороны. Вам здесь не место. - А вам-то что? - ответил мальчик развязно. - Уж не вы ли оплатили мой билет, мистер Мартин? У меня такое же право сидеть здесь, как у любого из вас. Он взял с доски несколько пешек и стал перебрасывать их с руки на руку. - Тоска здесь смертная. Послушайте, джентльмены, а не сыграть ли нам в покер? Все промолчали, а мальчик, небрежно попыхивая сигаретой, стал барабанить по столу довольно грязными пальцами. Потом он вытащил пачку долларов, будто намереваясь их пересчитать. - Как ваша мама? - спросил кто-то. - Я что-то не видел ее за завтраком. - Наверно, у себя в каюте. На море ее всегда укачивает. Надо дать стюардессе долларов пятнадцать, чтобы присмотрела за ней. Сам-то я стараюсь как можно реже спускаться вниз. Не по себе становится, когда мимо буфета прохожу. Знаете, я ведь первый раз в океане. - Ну, ну, Гарви, не оправдывайтесь. - Я и не оправдываюсь. Это, джентльмены, мое первое плавание по океану, но меня ничуть не укачало, разве что в первый день. Вот так-то! Он торжествующе стукнул кулаком по столу, послюнявил палец и принялся пересчитывать деньги. - Да, вы из особого теста слеплены, это сразу видно, - зевнул пассажир из Филадельфии. - Глядишь, гордостью Америки станете. - Еще бы! Я американец с головы до ног. Вот доберусь до Европы, я им всем там покажу... Тьфу, сигарета погасла! Ну и дрянь продается на пароходе! Нет ли у кого-нибудь настоящей турецкой сигареты? В салон заглянул старший механик, раскрасневшийся, мокрый и улыбающийся. - Эй, парень, - крикнул Гарви бодрым голосом, - как наша посудина? - Как ей положено, - ответил механик сдержанно. - Молодежь, как всегда, вежлива со стариками, и старшие это ценят. В углу кто-то хихикнул. Немец открыл портсигар и протянул Гарви тонкую черную сигару. - Это тот, што фам надо, мой молодой друг, - сказал он. - Попробуйте, да? Будете ошень довольны...
