Говорящий грач

Аннотация В сборник «Зеленый шум» известного русского советского писателя M.M. Пришвина (1873–1954) вошли его наиболее значительные произведения, рассказывающие о встречах с интересными людьми, о красоте русской природы и животном мире нашей страны.

Расскажу случай, какой был со мной в голодном году. Повадился ко мне на подоконник летать желторотый молодой грачонок. Видно, сирота был. А у меня в то время хранился целый мешок гречневой крупы, – я и питался все время гречневой кашей. Вот бывало прилетит грачонок, я посыплю ему крупы и спрашиваю: – Кашки хочешь, дурашка? Поклюет и улетит. И так каждый день, весь месяц. Хочу я добиться, чтобы на вопрос мой. «Кашки хочешь, дурашка?» он сказал бы: «Хочу». А он только желтый нос откроет и красный язык показывает. – Ну, ладно, – рассердился я и забросил ученье. К осени случилась со мной беда: полез я за крупой в сундук, а там нет ничего. Вот как воры обчистили – половина огурца была на тарелке, и ту унесли! Лег я спать голодный. Всю ночь вертелся. Утром в зеркало посмотрел – лицо все зеленое стало. Стук, стук! – кто то в окошко. На подоконнике грач долбит в стекло. «Вот и мясо!» – явилась у меня мысль. Открываю окно и хвать его. А он прыг от меня на дерево. Я в окно за ним, к сучку. Он повыше. Я лезу. Он выше – и на самую макушку. Я туда не могу – очень качается. Он же, шельмец, смотрит на меня сверху и говорит: – Хо чешь каш ки, ду ра шка?

Оригинальный текст книги: Библиотека Максима Мошкова.

Источник: Библиотека Максима Мошкова

Страницы: (1) : 1

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

..... В пути со
мною Тезкират Саади, "усладительнейшего из писателей предшествовавших и
лучшего из последующих, шейха Саади Ширазского, да будет священна память
его!" И вот, в этой свежести утра, весны и моря, я сижу на юте и читаю:
-- "Рождение шейха последовало во дни Атабека Саади, сына Зенги...
-- Родившись, употребил он тридцать лет на приобретение познаний,
тридцать на странствования и тридцать на размышления, созерцание и
творчество...
-- И так протекли дни Саади, пока не воспарил феникс чистого духа шейха
на небо -- в пятницу в месяце Шеввале, когда погрузился он, как водолаз, в
пучину милосердия Божия...
-- Как прекрасна жизнь, потраченная на то, чтобы обозреть Красоту Мира
и оставить по себе чекан души своей!
-- Много странствовал я в дальних краях земли, -- читаю я дальше.
-- Я коротал дни с людьми всех народов и срывал по колоску с каждой
нивы.
-- Ибо лучше ходить босиком, чем в обуви узкой, лучше терпеть все
невзгоды пути, чем сидеть дома!
-- Ибо на каждую новую весну нужно выбирать и новую любовь: друг,
прошлогодний календарь не годится для нового года!"
В круглых сиренево-серых облаках все чаще начинает проглядывать живое
небо. Иногда появляется и солнце, -- тогда кажется, что кто-то радостно и
широко раскрывает ласковые глаза. Мгновенно меняются краски далей, мгновенно
оживает море в. золотистом, теплом свете...
-- "Да, да! Да, да!" -- твердит машина, мимо которой твердо прохожу я
по чистой, крепкой палубе, убегающей и повышающейся к носу.
Я прохожу среди наставленных друг на друга клеток, переполненных мирно
переговаривающимися курами, слышу странный в море запах птичника,
останавливаюсь у решетки борта: густым сине-лиловым маслом светит сквозь
решетку вода, бегущая навстречу, и с каждым часом, делается все более
тяжелой, непохожей на жидкую, желтоватую воду возле берегов Новороссии...
Дальше трап, перекинутый над шахтой трюма от спардека к носу...

Бунин Иван Алексеевич
«Тень птицы»