Лесной хозяин

Михаил Михайлович Пришвин. Лесной хозяин

Рассказы

Содержание

Паутинка
Лесной хозяин
Сухостойное дерево
Деревья в плену
Жаркий час
Разговор деревьев
Ореховые дымки
Осинкам холодно
Силач
Старый дед
Именины осинки
Старый скворец

ПАУТИНКА

Вот был солнечный день, такой яркий, что лучи проникали даже и в самый
темный лес. Шел я вперед по такой узенькой просеке, что некоторые деревья с
одной стороны перегибались на другую, и это дерево шептало своими листиками
что-то другому дереву, на той стороне. Ветер был очень слабый, но все-таки
он был: и наверху лепетали осинки, и внизу, как всегда, важно раскачивались
папоротники. Вдруг я заметил: со стороны на сторону через просеку, слева
направо, беспрерывно там и тут перелетают какие-то мелкие огненные стрелки.
Как всегда в таких случаях, я сосредоточил свое внимание на стрелках и скоро
заметил, что движение стрелок происходит по ветру, слева направо. Еще я
заметил, что на елках их обычные побеги-лапки вышли из своих оранжевых
сорочек и ветер сдувал эти ненужные больше сорочки с каждого дерева во
множестве великом: каждая новая лапка на елке рождалась в оранжевой сорочке,
и теперь сколько лапок, столько сорочек слетало - тысячи, миллионы...
Мне видно было, как одна из этих слетающих сорочек встретилась с одной
из летящих стрелок и вдруг повисла в воздухе, а стрелка исчезла. Я понял
тогда, что сорочка повисла на невидимой мне паутинке, и это дало мне
возможность в упор подойти к паутинке и вполне понять явление стрелок: ветер
поддувает паутинку к солнечному лучу, блестящая паутинка вспыхивает от
света, и от этого кажется, будто стрелка летит. В то же время я понял, что
паутинок этих, протянутых через просеку, великое множество, и, значит, если
я шел, то разрывал их, сам не зная того, тысячами. Мне казалось, что у меня
была такая важная цель - учиться в лесу быть его настоящим хозяином, - что я
имел право рвать все паутинки и заставлять всех лесных пауков работать для
моей цели. Но эту замеченную мной паутинку я почему-то пощадил: ведь это она
же благодаря повисшей на ней сорочке помогла разгадать мне явление стрелок.
Был ли я жесток, разрывая тысячи паутинок? Нисколько: я же их не видел - моя
жестокость была следствием моей физической силы. Был ли я милостив, наклоняя
для спасения паутинки свою натруженную спину? Не думаю: в лесу я веду себя
учеником, и если бы я мог, то ничего бы не тронул. Спасение этой паутинки я
отношу к действию моего сосредоточенного внимания.

ЛЕСНОЙ ХОЗЯИН

То было в солнечный день, а то расскажу, как было в лесу перед самым
дождем. Наступила такая тишина, было такое напряжение в ожидании первых
капель, что, казалось, каждый листик, каждая хвоинка силилась быть первой и
поймать первую каплю дождя.

Источник: Библиотека Максима Мошкова

Страницы: (6) : 1 2 34 5 6

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Он может изгнать друзей
истины, но истина превозможет; он может унизить художника, но искусства
подделать он не в состоянии. Правда, явление весома обычное, что наука и
искусство преклоняются пред духом времени и что критический вкус
предписывает творческому законы. Где характер становится непреклонным и
твердым, там наука строго оберегает свои границы и искусство движется в
тяжких оковах правил; где, напротив, характер становится слабым и дряблым,
там наука стремится к тому, чтобы понравиться, и искусство - к тому, чтобы
доставить удовольствие. В течение целых столетий философы и художники
работают над тем, чтобы внедрить в низы человечества истину и красоту;
первые гибнут, но истина и красота обнаруживаются победоносно со
свойственной им несокрушимою жизненной силой. Художник, конечно, дитя века,
но горе ему, если он в то же время и воспитанник или даже баловень его.
Пусть благодетельное божество своевременно отторгнет младенца от груди
матери, дабы вскормить его молоком лучших времен, и даст дозреть до
совершеннолетия под дальним греческим небом. И после того как он станет
мужем, пусть он, в образе пришельца, вернется в свое столетие, но не для
того, чтобы прельщать его, своим появлением, но ради того, чтобы беспощадно,
подобно сыну Агамемнона, очистить его. Содержание он, конечно, заимствует из
современности, но форму - из более благородного времени; он возьмет ее и вне
всякого времени из безусловного, единства своего существа. Здесь из чистого
эфира его демонической природы, льется источник красоты, не зараженный
испорченностью поколений и времен, которые кружатся глубоко под ним в мутном
водовороте.
т.6 стр.276

Не о тех говорю я, которые только потому поносят граций, что никогда не
были ими обласканы. Каким образом могли бы оценить тихую работу вкуса по
отношению к внутреннему и внешнему человеку и не обратить внимания на
существенные выгоды культа прекрасного те, которые не имеют иного мерила
ценности, кроме потраченного труда и ощутительной пользы?..

Шиллер Иоганн Кристоф Фридрих (Johann Christoph Friedrich Schiller)
«Цитаты»